Mildegard.ru

Рассказы

Вернуться к списку рассказов
 

 

Несколько глав из книги "Осколки чего-то красивого"

Осколки чего-то красивого - дневник Бальгара

Где купить

Купить книгу у автора

твердый переплет!

135 руб. книга
Доставка по РФ - 50 руб

Lulu.com (10,5$)
(примерно 315 руб)

Осколки чего-то красивого (дневник Бальгара)

66. 3 апреля 2003г
Сегодня я оторвал взгляд от дороги и посмотрел на одного прохожего. Просто глаза поднял. Он подошел ко мне и прошипел: «Ты чего пялишься? Че те надо?» - «Ничего...» - «Вот и не ... на меня пялиться, козел!» Потом сплюнул мне под ноги и ушел...
Что я ему сделал?..

67. Сказка...

---Обещайте!

Рой был слепым. С рождения. Это не так страшно, как сначала видеть, а потом ослепнуть. Но все равно несбыточная мечта – видеть - не давала ему покоя.
Он жил этой мечтой уже лет 15, если не больше. Рой был бунтарь в душе, поэтому ни за что не хотел принять жизнь такой, какая она есть, такой, какой она ему дана – с миллионами звуков, недоступных простым ушам, и с миллионами тонких ощущений, недоступных простым пальцам...
Каждый день Рой ходил в парк – послушать птиц и милую людскую болтовню. Он шел и бесшумно ощупывал дорогу тросточкой... О, он проходил здесь столько раз, что мог идти и без нее и не заблудился бы. Просто ему нравилось чувствовать рукой прикосновение легкого бамбука к фигурным кирпичикам дорожек, к опавшим листьям; и его всегда очень радовало, если находилась вдруг пробившаяся между кирпичиков трава...

Тот день с самого начала был особенный. Будто что-то витало в воздухе. Это что-то тревожило душу, оно звало, звало, мучило ожиданием...
Вот Рой уже в парке. Но его ничто не радует: ни звуки, ни прикосновения, ни любимая скамейка... Только трепещет и волнуется сердце, только перехватывает от волнения дыхание, будто что-то должно случиться прямо сейчас...
Рой услышал легкие шаги. Вот... вот оно... наверное...
На скамейку рядом с Роем сел человек и включил плеер. Рой ясно слышал тихую музыку из его наушников. Чуткий слух слепого без труда различал в ней мелодию и слова, правда, язык был незнакомый...
Голос человека зазвучал на фоне мелодии:

- Здравствуйте, - сказал он... голос был совсем детский: либо девочка, либо маленький мальчик...
- Здравствуйте, - ответил Рой, не имевший привычки обращаться на «ты» к незнакомым людям, пусть это даже и дети...

...мелодия... тихая, печальная... песня на чужом языке...

- Хотите, я подарю вам зрение? – поинтересовался маленький собеседник.
- Хочу, - Рой улыбнулся ребенку: почему бы и не подыграть?..
- Только я сразу предупреждаю: как только начнете видеть, идите сразу домой. Смотрите под ноги. Упаси вас боги посмотреть на какого-нибудь человека по пути! А дойдете до дома – и вы свободны! Обещайте! – ребенок столько жара вложил в свое «предупреждение», что Рою стало не по себе.
- Я обещаю, - сказал он серьезно.
- Хорошо, - вздохнул ребенок. – Закройте глаза.

Борясь с непонятным чувством страха, Рой повиновался. И не просто глаза закрыл, а зажмурился изо всех сил...
...затихла чужеземная музыка... ее никто не выключал... Не было слышно шагов, но присутствия человека больше не чувствовалось. Без сомнения, скамейка была пуста...
Веки начали дрожать от напряжения. Рой вздохнул, снял очки и протер руками глаза. Потом поморгал, чтобы снять усталость...
Он уже встал, взялся за тросточку... и вдруг понял, что он ВИДИТ!
...черные очки упали с хрустом на кирпичную дорожку...
Он видел. И видел так же ясно, как человек, который просто закрыл глаза и потом открыл...
...Был вечер. Небо над городом висело темно-синее, с уже начавшими проявляться звездочками. В опустевшем парке горели фонари...
Рой шел... нет, он будто парил над землей, так он был счастлив. «Мир светел и прекрасен!» - думал он... а ведь это только вечер. Рой еще не видел утра, не видел дня... но он увидит, увидит!..
Рой уже не помнил предостережения, не помнил своего обещания... да и смог бы он его выполнить? Как не смотреть на это все, на целый мир красоты и света!..
И он шел, и он глядел по сторонам, и он ликовал, когда увидел в конце пустой аллеи человека. (Догадался – ведь он не знал, как выглядят люди... о, должно быть, они прекрасны; должно быть, они самые прекрасные создания на Земле...)
Рой подошел к нему и смотрел... во все глаза смотрел, запоминая каждую черточку, каждую мелочь...
Человек почувствовал его взгляд и обернулся. При виде восхищенного и улыбающегося лица Роя, его любопытных, необычайно ясных глаз, заглядывающих прямо в душу, незнакомец вспыхнул, как факел...

- Ты что пялишься?! – прошипел человек, наступая.

Его лицо исказила гримаса ненависти.
Блеснув в свете звезд и фонарей, щелкнул складной ножик...
Рой все понял и вспомнил, что тот волшебный, чудесный ребенок просто умолял его не смотреть, идти домой... Ну зачем, зачем он не послушался!..
Рой попятился, беспомощно выставив вперед руки. От страха у него перехватило дыхание; Рой даже сказать ничего не мог... лишь его глаза, испуганные, молящие, не отводили взгляда от прищуренных, с бегающими зрачками ужасных глаз этого человека...

- Хватит пялиться на меня!!! – взревел тот, замахиваясь...

...и мир померк...

68.
Наушники – это, определенно, живые существа. Ты просто складываешь их в рюкзак вместе с плеером, ты их даже не трогаешь, а они умудряются при этом так запутаться, что ты будешь потом долго ломать голову над хитроумными узлами...

69.
Продажа вещей в гостинке: они берут вещь, приписывают к нормальной цене лишний ноль... и продают... мдя...

70. 4 апреля 2003г
Я не пожалел 4 рублика, просто чтобы поехать на автобусе. Он делает здоровый крюк, идет по самому краю склона. Там лесенкой стоят последние девятиэтажки и начинается бесконечность деревьев и маленьких домиков. Восток просматривается до самого горизонта. Когда встает солнце, то все окна пылают рыжим, будто дома пронизаны настоящим пламенем. В детстве я как-то папе сказал: смотри, это ведь пожар!.. Но это просто красивая иллюзия, миракль, который можно видеть каждый день. Просто поезжай на автобусе, садись у окна и смотри!
Розовые облака, рассветное марево, на которое смотреть больно даже из-под козырька ладони...
Красиво даже сейчас, когда на деревьях ни листочка, когда они похожи на сухие метелки. А когда все зазеленеет, будет просто чудесно!..
Крюк заканчивается и начинается город. Утренний город совсем другой. Возможно, все люди немножко телепаты и по утрам тебе передается настроение тысяч невыспавшихся и наполовину еще витающих в своих снах... Даже дома себя таким сонным не чувствуешь...

71.
Размышления на тему аномального обострения нюха у голодного студента...
Итак, у нас сегодня на аналитике была лаба. Определяли содержание нитратов в разных картохах, редисках, огурцах и морковках (и в луке, и в капусте – кто чего принес). Мне тетя Неля еще вчера выдала картоху из прошлогоднего урожая, категорично заявив, что, поскольку она сама это все сажала и копала и не травила свой огород никакой химией (эту фразу я уже в какой-то рекламе слышал... мда...), то никаких нитратов там быть не может.
Я проверил. И правда почти ничего. Зато у других экспериментаторов (особенно тех, которые с гидропонными огурцами) сок чуть ли не чернел от единственной капли дифенилкарбазида... никогда больше не буду покупать эти огурцы!!!
Первый этап лабы: натереть овощ на терочке... И когда все взялись тереть огурцы-редиски-морковки-и т.д., я чуть не одурел от невероятного чудесного запаха. Особенно тертая морковка. Ммммм...
Представьте картину: Бальгар в белом халате сидит на стуле и занюхивает тертую морковку... Да... народу тоже было весело...
Я первый раз в жизни заметил и осознал, как удивительно пахнут свежие нарезанные и натертые овощи! А такого обострения нюха я вообще не понял! Как? Отчего и почему?..
«Запахи... это удивительнейшая вещь! Я хотел бы на часок стать собакой... нет, волком! Чтобы пробежаться по лесу, вдохнуть его воздух полной грудью...» - подумал я, и вдруг – щелк – и открылось Замирье... а к тому времени, как я добрался домой, у меня созрела новая история...

---Вольферин

Полнолуние... просто полнолуние – и Лидия всю ночь не спит: ее мучает жар, будто она больна, будто до мирного лесного края добралась городская лихорадка... Человек ночь мечется в бреду и «сгорает» под утро... Лидия... очень, очень все похоже, но на утро она здорова – пусть немножко бледна, но больше ничего не напоминает об ужасной ночи...
Каждый раз, отмечая приход полнолуния, все начиналось заново... И местный знахарь был в семье Лидии частым гостем.
Он приходил в любую погоду... шлепая по весенней слякоти или проваливаясь по колено в колючий зимний снег. Он прогонял спать дюжину Лидиных братьев и сестер и обоих сварливых родителей, диких, как пара леших по весне...он зажигал в Лидином чуланчике, где она любила прятаться, маленькую свечку и сидел с больной девочкой целыми ночами, нашептывая ей старинные то ли сказки, то ли знахарские заклинания и поглаживая ее по волосам. Он то ли не мог, то ли не считал нужным лечить девочку, только неизменно приносил холодного чаю из тишь-травы, чтобы успокоить ее...
Знахарь Тати был единственным другом Лидии. Почему-то другие дети ее сторонились, даже братья и сестры, а уж отцу с матерью просто было не до переживаний тринадцатого ребенка, поэтому не стоило и думать о том, чтобы получить от них что-нибудь кроме окрика или подзатыльника...
Поэтому, когда старик Тати умер, для Лидии померкло солнце, и мир весь тоже померк....
И наступило первое полнолуние без Тати. Лидия лежала одна в своем чуланчике, который казался могилой без горящей свечи, без запаха чая из тишь-травы, без сказочного шепота старика.
Тати умер. Его закопали в землю и тут же забыли все те, кого он лечил. От этой мысли хотелось плакать, потому что это нечестно и неправильно...
Как пережить эту ночь без него? Как вообще жить дальше, когда умер единственный друг?..
Душно и страшно здесь, под землей... Лидия встала и, цепляясь за перила, поднялась наверх. Ее била дрожь. Руки, пылающие жаром, касались перил, как льда...
Прошла вечность, но она выбралась и вот уже стоит во дворе, на чудесном ночном ветру под звездным небом, и над лесом нависла огромная щербатая луна...
Лидия улыбнулась. Почему-то ей стало легко и сладко на душе... Ветер был восхитителен!
Удивительный небывалый ветер принес миллионы чудесных запахов, которых будто и не существовало раньше... Так пахли бледные ночные цветы, душистая молодая трава и пыль с крылышек ночных мотылей!
А звуки! Симфония тончайших звуков. Звучащая ночная тишина!..
В лесу завыл волк. И этот вой отозвался в сердце, как что-то родное, милое, зовущее... И Лидия побежала, умоляя: «Пой, пой, волчик! Только не замолкай!» Она бежала и бежала... и только потом нечаянно заметила, что у нее четыре сильные когтистые лапы, мокрый чуткий нос и острые уши, а росистая трава хлещет на бегу по мохнатым бокам...
«Волчица! Я – волчица! Как здорово!»
Волки и полуволки... оборотни... свита Лунной Подруги, ее гонцы и глашатаи... Ими не становятся, это лунный дар от рождения. Но для каждого - свой срок. Бывает, в полнолуние родители вдруг находят в колыбели волчонка вместо своего дитяти, и чаще всего дело заканчивается костром возле ближайшей церкви. А есть и поздние полуволки, такие, как Лидия...
Она выбежала на поляну, и серебристый волк приветствовал ее. Его удивительные умные глаза были красноречивее любых слов, поэтому и не требовалось слов, чтобы понимать...
Волк и волчица бежали по ночному лесу, темному, под куполом звездных россыпей, под волнующим светом своей владычицы. И миг был вечностью, а вечность была мигом.
Утром Лидия проснулась в своем чуланчике и подумала «Какой чудесный сон!» Но ступни и ладони были измазаны зеленым травяным соком и сырой землей, и несколько травинок осталось в волосах...
Пастуший пес, едва завидев Лидию, зашелся жутким и отчаянным лаем.
Брат Лидии лениво спустился с крыльца, чтобы узнать, в чем дело. «Странно, - сказал он, посмеиваясь, и тюкнул пса своей пастушьей клюкой, чтоб тот замолчал. – Старина Баф тявкает так, будто почуял волка...»
С тех пор было много полнолуний, чудесных полнолуний. Ночей бега, игр и охот. Годы...

Лидия выросла. Прежней маленькой девочке со взглядом волчицы исполнилось 15 лет. Люди боялись ее. Боялись ее взгляда, боялись ее воли, железной воли, которую невозможно поработить. Нет, такая девушка никогда не станет покорной женой, которая будет безропотно сносить побои мужа и рожать детей каждый год. Никому из деревенских не хватило бы смелости взять Лидию в жены...

...такая пугающая сила дана лишь тем, кто ЛЮБИТ по-настоящему... А она любила своего серебристого волка, любила больше всего мира, больше жизни, больше луны и солнца. Она жила, превращая каждый день в напряженное ожидание очередного полнолуния... Она уже чувствовала в себе биение двух маленьких сердец их с волком будущих волчат... она жила, размывая границы между лунным миром и миром людей...
Отказ за отказом, отказ за отказом... мужчин пугал ее взгляд, потому что он заставлял их чувствовать себя беспомощными... они опускали глаза, опускали плечи и уходили...
Но однажды мать пришла к Лидии и сказала: «Все, теперь ты выйдешь замуж, маленькая ведьма! Что, наворожила себе богатого?!» Она была зла и довольна, а Лидия думала: «Пусть! Если он не испугается и не уйдет, как все другие, в полнолуние я загрызу его спящего и убегу к своему серебристому волку навсегда!»
И она надела лучший наряд и стала ждать...
Мать суетилась, прибирая дом к приходу гостя. Дочь сидела неподвижно, как каменное изваяние. Она ждала... и она вся напружинилась и подобралась, как готовый к прыжку хищник, когда на дороге зазвучали бубенцы... Вот он идет... скрипят шаги по половицам... открывается дверь...
И вот уже двое, молодые и красивые, стоят, как статуи, и глядят друг на друга с восторгом и обожанием. Для них остановился весь мир, для них нет больше никакого времени... и никаких торгующихся из-за приданого родственников не бегает рядом...
...у него были удивительно умные глаза... глаза, что говорят красноречивее всех слов...

- Серебристый волк?.. – прошептала Лидия...
- Черная волчица!... – улыбнулся он в ответ...

72. 5 апреля 2003г
Я проснулся больным с утра пораньше. Почему-то казалось, что в горле застряла медуза. И – так и есть! – голос пропал. Все, на что я способен – тихий сипящий шепот...
Я выпил две пиалы горячего чая и пошел в университет...
...мне вчера звонили насчет репетиторства, мне надо было быть в хорошей форме и уж точно говорить, а не сипеть! И я попался. Понял, что попался... После универа я пошел в аптеку...

- Здравствуйте! – сказала Марина. – Чем могу помочь?

Я жестоко откашлялся, до боли, чтобы прочистить горло хоть немножко, чем несколько повысил громкость своего «голоса».

- Марина, - нет, это было смешно и грустно, как я сипел, - спасите меня...

Когда с ее лица сошло удивление, вызванное моей, мягко говоря, нетипичной просьбой, она быстренько разъяснила мне, чего надо делать, чтобы поправиться в кратчайшие сроки. Я послушно купил «Грамицидин С» и «Звездочку»...

- Бальгар... - «О, БОГИ, ОНА ПОМНИТ МОЕ ИМЯ!!!» - Вы похожи на человека, которому надо бы поесть витаминчиков, - Марина улыбнулась, - вы похожи на маленькое привидение.

Потом она показала мне плакат, висевший на стене. Там было что-то вроде: «Сделайте 2 покупки в нашей аптеке, и у вас есть шанс выиграть набор витаминов «Теравит». Торопитесь! Розыгрыш проводится до...» до какого-то там апреля, что уже не важно.

- Ваш выигрыш, - она протянула мне коробочку с витаминами...

Я так и не понял... но, по-моему, это был подарок... я никогда ничего не выигрывал в жизни своей! Я же невезучий. Я же даже родился 13го числа! Но зачем ей дарить мне подарок? Кто я ей? Кто она мне? Зачем...
Впрочем, часто ли я сам себе объясняю, зачем я что-то делаю? Просто захотелось – и сделал. И Марина так же...

Я пошел домой лечиться. «Звездочка» и «Грамицидин» вернули мне голос...

73.
Сидел и объяснял геометрию милейшему существу в розовом платьице, с чернущими, точно вороновы крылья, волосами, и в очках почти как у Гарри Поттера. Милейшее существо не рубит в геометрии ни шиша. Милейшее существо сильно интересовалось моей особой и строило мне глазки из-за своих очочков. Девятый класс, нежный влюбчивый возраст... упаси Боже... Я сочинил ей легенду, что есть у меня жена Марина и сынок Димка, что оставило юное создание в чрезвычайно расстроенных чувствах. Зато геометрия пошла легче...

94. 11 апреля 2003г
Мне приснился вкус лесных орехов... больше ничего не было – только вкус...
Мне кажется, я в прошлой жизни был слепым. Почти все мои сны заполняет ровная темнота. Картинки, цвет – небывалая редкость в моих снах... Зато в них всегда полно звуков и тактильных ощущений. Таких острых, каких мне в реальности никогда не почувствовать...
А как я смотрю на мир?.. Нормальные люди не замечают таких мелочей... вроде тайфуна молока в горячем кофе... вроде бриллиантового блеска разбившейся о куртку капельки... Я только сегодня понял, что смотрю на мир, как прозревший слепец...

95.
...Воспоминание, которое не умирает, сколько я ни пытался. Я изничтожал его, как сорняк, но не добился успеха: это сон...
...обычный сон: картинки, звуки, прикосновения...
И вдруг погас свет. Потом темнота стала ровной, как в моих «слепых» снах. Остались звуки и ощущения, которые обострились до колкости тонких иголочек. И вдруг – тишина... я шел куда-то на ощупь во тьме и безмолвии... А потом... я перестал ощущать. Ощущать свое тело, ощущать прикосновения ног к земле...
Я проснулся тогда от ужаса... Это было лет пять назад. Но помню до сих пор...
Сейчас, записав его, я впервые выставил свое воспоминание на свет. Разные вещи ведут себя на свету по-разному. Порождения тьмы скоропостижно погибают, корчась и завывая. Порождения добра цветут...

96.
Утро.
Кран хрюкнул и вместо горячей выплюнул холодную струю. А выйдя на улицу, я увидел, что в ручьях течет кипяток. Холодный ветер сдувал с него пар, превращая улицу в туманный Альбион...
Шагая сквозь туманные завихрения, я наблюдал, как перед мысленным взором разворачивается очередная главка «Хроник»...

97.
Однокурсники...

1. - Говорят, война в Ираке выльется-таки в третью мировую... (серьезно)
2. - Может быть... наверно, христиане развоюются с мусульманами... (беспечно)
3. – Бальгар, я, наэрно, против тебя пойду...(посмеивается)
2. – Ты христианин, Бальгар? (уточняет)
0. – Я язычник.
Все резко затихли и переглянулись.
2. – Ты же крещеный? (тянет за ниточку у меня на шее и извлекает из-под ворота рубашки рунический амулет)
0. – Крещеный. Просто обратился в языческую веру... (отбираю амулет и возвращаю на место)

*Я просто влюбился в высказывание моего знакомого по поводу этой записи.
Ozrik: «Язычество - самое естественное и самое честное из всех верований, которые когда-либо существовали. Я так полагаю. Для человека естественно обожествлять грозу, лес, озеро, весь мир. И сколь противоестественны эти мировые религии, с их ультимативными кодексами морали, которые необходимо соблюдать под страхом наказания. Язычество честнее, потому что оно не устанавливает правил. Стихии сильнее людей, но они живут сами по себе. А человек - сам по себе. И это беда человека, если стихия причинила ему зло. Но все равно это зло - не наказание, не испытание, это случайность. И в этом особая красота язычества».

98.
По оттаявшей клумбе ковылял хромой голубь, умудряясь подпрыгивать на одной лапе. Меня он не боялся нисколько, хотя я прошел совсем рядом...

99. 12 апреля 2003г
Я пропускаю уже не первый сезон ручьев в своей жизни. За несколько последних лет я не построил ни одного кораблика для великого путешествия через завихрени и пороги весенней воды.
Всегда находились причины. В этом году поначалу ручьи казались мне не очень полноводными. Я ждал... и я упустил момент... сезон ручьев уже заканчивается, и воды отступают, оголяя пыльные улицы...
Мне кажется, старость приходит с первым пропущенным сезоном ручьев... это печально и, видимо, неизбежно. Даже сейчас что-то меня останавливает, властно запрещая пойти и сделать последний кораблик прежде, чем высохнет последний ручей...
Это время. Оно ложится на руки свинцом, и нам становится сложно делать милые глупости и звонить друзьям просто так, как в детстве...
Мне печально. Мне хотелось бы снова стать маленьким или же быстро перескочить в зрелый возраст, потому что эпоха перемен, в которой я нахожусь сейчас, невыносимо печальна. Когда многое уходит, ничего не оставляя взамен.
Ушла любовь родителей... и сейчас меня никто не любит...
Ушла любовь к родителям... и сейчас я никого не люблю, а лишь витаю в романтических миражах...
Много чего в таком возрасте исчезает безвозвратно. Оттого многие не выдерживают и уходят, покидают мир, не переживая свою эпоху перемен.
Юные хотят любви, настоящей, глубокой, а ее нет. Потому что они никому не нужны. Как и я не нужен своей взрослой прекрасной Марине.
Юные хотят настоящего интересного дела, а его нет. Потому что они никому не нужны, только начавшие получать знания и набираться опыта.
Юные... они не имеют цены и бесполезны в глазах тех, кто старше. Кто перестал прыгать по ручьям и нашел свой вечный берег...
Эта эпоха славится еще и тем, что наступает момент, когда ты совсем ничей. Дети не будут играть с тобой, а взрослые не увидят в тебе равного.

100.
...Она добрая, она простила бы, что я записываю здесь ее слова...
«В моей голове живет шумный драмтеатр, который любит смеяться надо мной. Сейчас в нем каждую секунду разыгрываются десятки сцен, где я прощаюсь со своим любимым. Иногда жестоко, иногда трогательно и романтично, иногда... иногда... А он всегда молчит... ему достается странная роль, где не надо слов. Он молчит и смотрит на меня, не пряча взгляда... а в жизни он не может смотреть мне в глаза.
Драмтеатр смеется надо мной. Ведь я вовсе не хочу прощаться, а тем более – с проклятьями и словами, которые ранят больнее меча... Я люблю его и все еще жду от него того же.
Драмтеатр смеется надо мной... смеется, говоря: «Он предаст тебя!», измысляя тысячи случаев, как.
Я знаю, что это ложь. Но не могу не видеть своего внутреннего театра – ведь он в моей голове, а значит, бесполезно закрывать глаза...»

В моей голове тоже есть такой театр. И сейчас его излюбленная тема – как я ухожу из жизни. Я прощаюсь тысячи раз. Я ухожу как герой, как самоубийца, как жертва несчастного случая... Но всегда я говорю что-то на прощание. Бывает, я проклинаю кого-то, бывает, желаю счастья. Бывает, перед смертью вижу лицо Марины...
Драмтеатр смеется надо мной... ведь я совсем не хочу умирать! Я люблю жизнь, я хочу жить долго и счастливо. Я верю, что и меня можно любить, и кто-нибудь будет меня любить...
Но драмтеатр смеется и разыгрывает все новые и новые сцены. Ложь. Все ложь. Но я не могу не смотреть. Хотел бы, но не могу. Я прирос к креслу в этом театре, мне срезали веки и выпрямили шею: у сознания, мечущегося в голове, нет ничего этого, нет и рук, чтобы хотя бы закрыть уши.
Это еще одна веха эпохи перемен: когда ты впервые остаешься наедине со своими демонами, и нет рядом никого мудрого и старшего, кто бы помог и защитил...

101. 13 апреля 2003г
В библиотеке милая женщина с колдовскими очками знает меня как странного любителя детских сказок. Почему-то в последнее время меня все больше тянет к ним. Тянет прочитать то, что читал, когда мне было пять-шесть лет... Вот сейчас... сначала «Питер Пэн», теперь «Сказки страны Оз»...
Больше всего на свете люблю сидеть в своем логове и читать. Даже созерцать я люблю меньше...
Я читаю сказки и понимаю, что то, что пишу я, - это совсем не сказки... или неправильные сказки... но менять ничего не собираюсь.

102.
Вчера написал жутковатую главку Хроник... А ночью мне снились песочные люди... они зарывались в песок, прячась друг от друга или от солнца. И искали затерянные города...
К утру меня утомили металлические коридоры и бегство куда-то вверх и вниз по техногенным лабиринтам. Проснулся уставшим... но сон запомнил. Необычный.

103. 14 апреля 2003г
Большая ночная бабочка на пыльном стекле маршрутки. Коричневая и пушистая.
Каждому, наверно, знакомо это возникающее неизвестно откуда подсознательное отвращение к существам, покрытым блестящим хитином, существам иной природы – насекомым...
Но ночные бабочки... легкий пушок на теле и крыльях – иллюзия мягкой шерстки, обманывающая наше подсознание. Небольшая деталь, отдаленное сходство с млекопитающими делает этих бабочек милыми сердцу...
...А я впервые заметил, какая она красивая. Впервые проследил тонкий узор на крыльях и дрожь перистых усиков, и блеск черных бусинок глаз.
В маршрутке, в западне... у нее нет будущего. Я хотел осторожно поймать ее в ладони и выпустить на волю, но она заползла в узкую щель, туда, где одно стекло находит на другое, а мои пальцы слишком грубы – я бы просто сломал и уничтожил хрупкое существо, пытаясь его оттуда вытащить... и просто решил, что у каждого своя судьба. И у меня, и у этой бабочки. И не надо мешать.
Но всю дорогу я на нее смотрел, чувствуя, как открывается Замирье...

--- Эшли

Она изучала ночных бабочек. Бесшумных, мохнатых, словно укутанных в коричневые плащи с меховыми оторочками. И звали ее Эшли. Ей было три тысячи лет, и три тысячи лет она жила на Утином холме, и домик ее прятался в кроне векового дуба с глянцевыми желудями...
Днем Эшли смотрела на высокие солнечные горы, обнимавшие долину, словно края чаши. А по ночам, тихая, словно тень, она уходила в леса.
«Наверное, в прошлой жизни я была бабочкой, - тихо повествовала Эшли странствующему монаху, остановившемуся у нее. – Меня манит ночь. Черный бархат и сиреневые сумерки, и зеленовато-синяя предрассветность неба... Иногда я почти чувствую, что за моей спиной мягко хлопают бесшумные ночные крылья, и легкий ветерок несет меня в своих объятиях... – а потом она как бы невзначай добавила: - Мне три тысячи лет, и я чувствую, что скоро умру...»
«Ты не боишься смерти...» - удивлялся монах.
«Не боюсь,» - улыбалась Эшли.
А монах смотрел на ее прекрасное юное лицо и не верил, что ей уже три тысячи лет...
Наступила ночь. Странное предчувствие не давало монаху спать. Тогда он сел на кровати, завернувшись в теплое одеяло, и стал смотреть в окно...
По серебристой в свете луны траве шла Эшли. Капюшон с меховой оторочкой скрывал лицо, а теплый тяжелый плащ напоминал крылья ночной бабочки...
Еще несколько шагов сделала Эшли навстречу луне и горам... сердце монаха начало стучать тяжело и жарко, словно в предчувствии... и тут, взмахнув руками, Эшли превратилась в вихрь... вихрь пушистых ночных бабочек...
Не понимая ничего, монах спустился в высокую траву и побежал к ним... А маленькие существа порхали вокруг, и в голове шептались тысячи призрачных голосов... «Эшли, Эшли....» И тогда монах понял, что это теперь его имя, и ощутил приятную тяжесть коричневого плаща с меховыми оторочками, который возник из ниоткуда и лег на плечи...
Он будет жить здесь еще три тысячи лет. На Утином холме, в домике, который скрывает от глаз кудрявая крона Вечного Дуба с глянцевыми желудями...
Эшли будет смотреть на высокие солнечные горы, о которые разбивается само время, и будет гулять в лесах по ночам...
А потом настанет день, когда он, вечно юный, ответит кому-то просто и честно:
«Я не боюсь смерти. Потому что ее нет...»

(с) Макарова Ольга (Мильдегард)
 

 

 
 
Это дневник сказочника. Бальгар - обычный 18-летний парень, студент биофака, но у него есть особый талант - находить в событиях обычной жизни ключи к сказкам. Очень рекомендуется тем, кому мир кажется скучным и безнадежным. Окрыляет.